Нет порядка в лесной отрасли

Россия обладает примерно 20,1% площади мировых лесов и ¼ мировых запасов древесины. Леса истощены в результате исчерпавшей себя устаревшей системы ведения лесного хозяйства, лесных пожаров и незаконных рубок. До сих пор государственные базы учета лесных ресурсов не имеют четкой, единой, достоверной информации. Информация о лесах России и лесоуправлении остается во многом закрытой. Нет единой базы по использованию лесных ресурсов. Большая часть материалов по лесоустройству десятилетней давности.

Во многих случаях неактуальна информация в лесных планах субъектов Российской Федерации, размещенных на сайтах регионов. Недостоверна информация об объёмах заготовки, обороте и экспорте древесины. Не оперативно вносятся изменения в материалы по лесоустройству, в большинстве регионов не актуальны таксационные сведения о лесах. Доступ к автоматизированной системе « Государственный лесной реестр» для общественности полностью закрыт.

Намеренно искажаются данные при проведении лесоустройства, в основном с целью увеличения разрешенного объема пользования.
Для общественного контроля лесопользования в доступе необходима информация: о местах планируемых рубок, об арендаторах лесного фонда, о границах арендованных лесных территорий, об участках, передаваемых под реализацию приоритетных инвестиционных проектов, данные о лесовосстановлении, мероприятиях и их результатах, о площадях лесных пожаров, лесопожарной обстановке.

По данным официальной статистики, с начала XXI века площадь лесов России, ежегодно теряемая при пожарах, многократно превышает площадь сплошных рубок. При этом 90 % лесных пожаров возникают по причине неосторожного обращения с огнем человека.

Для формирования «красивой» отчетности на практике частенько скрывают и многократно занижают площади сгоревших древостоев. Это приводит к несвоевременному и недостаточному реагированию органов управления лесами.

Нет сейчас оперативного и достоверного учета потерь лесных ресурсов от лесных пожаров.

В результате, невозможно построить грамотную и эффективную систему охраны лесов от огня, не располагая точной и достоверной информацией.
Внедрение с 2015 года системы учета сделок с древесиной ЛесЕГАИС конечно же сократило оборот неучтённой древесины, но в борьбе с некоторыми видами незаконных рубок оказалось неэффективным инструментом . Недавняя проверка Счетной Палаты Российской Федерации показала невозможность обеспечения таможенными органами контроля за источниками происхождения экспортируемого леса на основании сведений, содержащихся в ЕГАИС.

В России дефицит древесного сырья. Качественные характеристики лесов существенно ухудшились. Лиственные древостои занимают участки, на которых могли бы произрастать хвойные. Обширная смена ценных древесных пород малоценными породами вызвана в основном масштабными рубками, пожарами и отсутствием эффективного лесовосстановления. Значительным фактором, влияющим на успешное лесовосстановление является нехватка квалифицированных кадров, отсутствие мотивации к эффективной работе , нет грамотных рубок ухода в молодняках .По-прежнему существует необходимость в качественном и сильном лесопосадочном материале, грамотной подготовке почвы, правильном выборе времени и способе посадки и, естественно, строгом учёте и жестком контроле на всем протяжении подрастания нового леса .
Лес ни в коей мере не утратил способность к самостоятельному возобновлению, но если человеку нужно получить ценный лес в кратчайшие сроки — чаще всего приходится прибегать к специальным мерам по воспроизводству леса после рубок, пожаров, гибели от вредителей и болезней.

В последнее время в регионах плотность лесных массивов неуклонно убывает. А скорость роста высаживаемых молодых лесов просто несоизмерима со скоростью исчезновения вековых лесов.
Оценивая мировой опыт лесовосстановления, мы видим, что Россия отправляет на экспорт столько же необработанной древесины, сколько и небольшая Новая Зеландия. Однако лесам Новой Зеландии не грозит уничтожение. Разница в том, что в Новой Зеландии (как и в Швеции, Канаде и других странах) налажен жесткий контроль за вырубкой и восстановлением лесов.

Известно, что площадь лесов в Швеции составляет 3% площади российских лесов, причём далеко не все Шведские леса продуктивны, особенно на севере страны. Тем не менее, ежегодный объем лесозаготовок там составляет около 80 млн. м3, в России же — 150 — 200 млн. м3 .

Наибольшее значение для результата воспроизводства лесов имеют рубки ухода за молодняками — прочистки, формирующие состав молодого леса, его густоту. С точки зрения правильного лесоводства, для абсолютного большинства молодых лесов период прочисток приходится на возраст примерно от 10 до 20 лет.

Шведская модель ведения лесного хозяйства построена в первую очередь на создании правильной системы проведения рубок ухода : за лесом ухаживают так как за огородом обеспечивая выход определённых лесоматериалов и получая большую экономическую выгоду.

Сейчас мы наблюдаем, что крупные лесопильные и целлюлозно-бумажные предприятия из-за дефицита сырья вынуждены активно вовлекать в лесопользование малонарушенные лесные территории .
Малонарушенные лесные территории выполняют важные функции . Они предотвращают рост климатических изменений и сохраняют биоразнообразие . Но компании пользуются ресурсами защитных лесов, где под предлогом санитарных рубок часто ведутся обычные коммерческие рубки . Территории ООПТ и защитных лесов часто сдаются лесозаготовительным предприятиям в аренду.

Наиболее ярким примером является территория одного из последних в Европе крупных массивов старовозрастных лесов, имеющих всемирное значение, — междуречья Северной Двины и Пинеги в Архангельской области. Около 70% площади этого лесного массива арендуется несколькими лесопромышленными предприятиями.

Необходимо сохранять наиболее ценные малонарушенные лесные территории. Такие ценные леса должны стать частью сети участков национального лесного наследия России, на которых будут запрещены коммерческие рубки.

По-прежнему свобода действий «черных лесорубов» достаточно велика, а контроль за незаконной лесозаготовкой слаб. Сейчас мы наблюдаем извечную неразбериху — в чьей зоне ответственности находится лес, кто должен осуществлять контроль. Площадь заброшенной пашни растет. Участки сельскохозяйственных земель зарастают древесно — кустарниковой растительностью. На многих таких участках уже сформировались полноценные леса.

После реформы 2007 года количество сотрудников в лесной охране сократилось со 100 тысяч человек до 22 тысяч человек. Показатели объема нелегальной вырубки пляшут в очень широком диапазоне: от 0.8% до 40% от всего объема заготовленной древесины.

Учитывая сегодняшнюю ситуацию с лесами, крайне необходимо развивать цифровизацию лесного хозяйства, важен постоянный дистанционный мониторинг лесных участков. Ни для кого уже не новость, какие последствия несёт экология от масштабных действий «черных лесорубов».

Да, и на себе мы всё это сейчас ощущаем: паводки, пожары, обмеления рек, климатические изменения. У нас же 85% лесов брошены на произвол судьбы. Восстановлением лесов толком не занимаются. В основном, это высадка саженцев без дальнейшего ухода. Да, лес возобновляется, но подрастающий некачественный, слабый, смешанный лес на вырубленных участках кардинально меняет экосистему.

Нам необходим жесткий общественный контроль за восстановлением лесов.

Автор материала: общественный эколог-активист проекта «Русская Тайга» Ольга Богданова. Специально для наших читателей.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
РУССКАЯ ТАЙГА

Наш сайт использует файлы cookies, чтобы улучшить работу и повысить эффективность сайта. Продолжая работу с сайтом, вы соглашаетесь с использованием нами cookies и политикой конфиденциальности.

Принять